Шаров рассказал, что случилось. Получилось длинно и занудно.

- Мы поохотится решили. Надя заметила паровой фонтан, стало ясно, что с кем-то авария произошла. Не ожидал, что с вами. Эй, принесите свежую батарею, поживее. Две батареи.

Снаружи был пятачок зимы. Небольшой, саженей в пятнадцать. Бело, под ногами скрипит, лыж не хватает.

Кавалькада оказалась на открытых паровиках. Вожатого пристроили поудобнее, и один из охотничков рванул в Алозорьевск, в лазарет.

- Нужно отыскать Лукина и Зарядина, - Шаров насчитал шесть человек. Вот так охотятся на Марсе - техника и старые мосинские винтовки.

- Почему нет? Даже интересно, давно не ходили по следу. Как только самочувствие ваше, позволяет? - участливо поинтересовался Ушаков.

- Самочувствие отличное, лучше не бывает, - бывает, бывает, у покойников.

- Тогда - в седло.

Случайно или нет, но ближе всех оказался парокат Надежды. Ничего не оставалось, как устраиваться на заднее сидение. Впрочем, какая ерунда. Полная, совершенная ерунда.

На скорости ветер забирал, стало зябко. Удивительно, что волнуют такие пустяки. Одни пустяки и волнуют. Глобальные проблемы - нет.

Навстречу выкатилась платформа.

- Вот и ваши, - Надя затормозила столь резко, что Шаров поневоле прижался к ней. - Живы и здоровы.

Что ж, предчувствие обмануло. Действительно, что могло с ними случиться?

Зарядин соскочил с платформы и подбежал к Шарову:

- У вас все нормально? Мы спешили...

- Значит, волнения были взаимными. А где подпоручик?

- Остался. На всякий случай, говорит. По-моему, у него боязнь пространства, - говорил Зарядин весело, но лицо серое, и дышит часто. Волновался. Или с Лукиным повздорил. Лукин припугнуть может. Хотя санитарный ответственный, похоже, не из пугливых.

- Как же это вы экипаж не проверили? - Ушаков укоризненно покачал головой. - Ведь любой могли выбрать, если хоть малейшее подозрение на неисправность было.